Вопросы интеграции

Население Швеции в 2014 году выросло более чем на 100 000 человек. Это было результатом рекордно высокого притока иммигрантов  (127 000) и естественного преобладания количества рождений над смертями. Однако более 50 000 человек за этот же период решили уехать из страны.

Беженцы из  горячих точек продолжают иммигрировать в Швецию. В 2014 году было зарегистрировано более 80 000 желающих получить убежище, среди которых выделялись три многочисленные группы: сирийцы, эритрейцы и лица без гражданства (апатриды). В 2014-м лишь Германия приняла больше нуждающихся в убежище, чем Швеция; за ними следовали Италия и Франция. Глава департамента СМИ шведской Миграционной службы Фредрик Бенгтссон заявляет: «2014 год стал вторым за всю историю по количеству обращений о предоставлении убежища;  пиковым остается 1992-й, когда более 84 000 человек,  большинство из них — беженцы из бывшей Югославии, — ходатайствовали  о предоставлении убежища в Швеции».

Это связано с тем, что Швеция предоставляет постоянный вид на жительство всем сирийцам, которые находятся на территории Швеции и просят об убежище. С того момента, как в Сирии разразилась война, примерно 70 000 сирийцев прибыли в Швецию.

В 2014 году каждый пятый иммигрант был уроженцем Сирии, а в 2015-м уже почти каждый четвертый; таким образом сирийцы стали самой крупной иммигрантской группой. Это изменение знаменует собой отход от обычной практики, когда большинство людей, приезжающих в Швецию, на самом деле были возвращающимися шведами.

Десять наиболее многочисленных национальностей среди соискателей убежища в Швеции в 2015

Все больше детей приезжают в Швецию без родителей. Примерно 9% соискателей убежища, учтенных в диаграмме, были так называемыми несовершеннолетними без сопровождения.

Интеграция — жаркие дискуссии

Каждый шестой представитель населения нынешней Швеции родился в другой стране. То, что происходит после иммиграции, остается предметом самых жарких дискуссий по всей стране. Эти дебаты демонстрируют, насколько сложными и противоречивыми могут оказаться вопросы, имеющие отношение к разнообразному составу населения, — от исследований, где выражено одобрение  интеграционной политики Швеции, до статей, демонстрирующих, насколько далеко еще предстоит пройти Швеции по пути интеграции.

Нарушения общественного порядка в некоторых стокгольмских пригородах в 2013 обнажили те общественные вызовы, которые связаны с интеграцией. Освещали эти беспорядки и многие международные медиа: некоторые — объективно представляя проблему, иные — существенно ее преувеличивая.

Одним из последних предметов обсуждения стали нищие, становящиеся привычным атрибутом шведских улиц. Многие из них приезжают из Румынии и Болгарии, и многие из них цыгане. Их присутствие ставит перед обществом вопросы: Почему они оказались здесь? Что может сделать Швеция? Работающий под эгидой Европейской Комиссии Фонд Европейской Помощи наиболее остро нуждающимся (FEAD) — одна из инициатив, направленных на то, чтобы помочь наиболее уязвимым людям — как в Швеции, так и в других странах, входящих в состав ЕС.

Согласно прогнозам шведской Миграционной Службы, количество обращений о предоставлении убежища сохранится на прежнем высоком уровне и в 2015, и 2016 годах. Социологическое исследование DN/Ipsos за март 2015 показывает: шесть из десяти шведов ощущают, что иммиграция в целом полезна для Швеции. В то же время шесть из десяти шведов испытывают чувство неудовлетворенности от тех результатов, которых удалось добиться в ходе интеграционных процессов.

Основной загвоздкой всех этих дебатов остается вопрос,  как наиболее эффективно интегрировать мигрантов из разных стран в шведское общество, как применить их рабочий потенциал, как обеспечить их возможностями и гарантировать им равные права.

Полезные ссылки

  • Узнайте больше о миграционной политике Швеции здесь (по-английски)
  • Узнайте больше о правилах предоставления убежища в Швеции здесь
  • Узнайте больше о работе в Швеции здесь

Моуханад Шарабати, современный беженец

Portrait of Mouhanad Sharabati.Моуханад Шарабати отказался присоединиться к силам сирийского режима в их войне против сирийского народа. В 2014 он бежал в Швецию. Фото: Алин Лесснер

Знакомьтесь: Моуханад Шарабати, 30-летний юрист из Сирии. Закончив в 2006 Дамаскский Юридический Университет, он занимался юридической практикой в Сирии и Ливане.

В 2011 он стал одним из основателей Syria Relief Network, группы работающих в гуманитарной сфере неправительственных организаций, которая оказывает поддержку перемещенным сирийцам (многие из них находятся в соседнем Ливане). Также она обеспечивает юридическую помощь сирийским беженцам и тем, кто нелегально пересекает ливанскую границу.

Еще он успел поработать в фонде Kayany, неправительственной организации со штаб-квартирой в Бейруте, задачей которой является удовлетворение потребностей и обеспечение прав детей сирийских беженцев в Ливане.

Жестокая ирония судьбы:  вот уже шесть месяцев Моуханад  вынужден жить в Швеции — сам угодив в разряд перемещенных сирийцев.

«Я не собирался добровольно уезжать из своей страны, меня вынудили покинуть родину, — говорит Моуханад. — Я был студентом выпускного курса, вот-вот собирался защищать диплом — и в этот момент оказалось, что мне придется уезжать из страны».

На тот момент перед ним стояла альтернатива: либо он уезжает из страны, либо остается — и оказывается перед необходимостью идти в армию и сражаться на стороне сил сирийского режима в войне против собственного народа. «Для меня это абсолютно неприемлемо, я и думать об этом не хотел. Так что мне пришлось уезжать», — говорит он.

Более безопасное место

Уехать из любимого Дамаска ради того, чтобы избежать угрожавшей ему опасности, было для Моуханада  решением не из легких. Он знал, что вряд ли сможет вернуться в Сирию, пока политическая ситуация не изменится.

«Несмотря на ужасное настроение и чувство вины за то, что я оставляю свою страну, когда я пытаюсь размышлять логически, мне представляется, что я принял правильное решение, —  говорит он. —  Я скучаю по всему: по дому, по семье, друзьям и былым временам, но я вынужден признать, что Сирия больше не является подходящим и безопасным местом, где я мог бы жить, работать и обзаводиться семьей».

Тысячи сирийцев бежали в Европу в поисках лучшей жизни — и среди них много близких друзей Моуханада. «Друзья, которые добрались до Швеции раньше меня, рассказывали мне о добром обращении и о том, что там уважительно относятся к правам человека», — говорит он.

Возможность Моуханада жить в безопасности и в более комфортных условиях реализовалась, когда в 2014 ему была предоставлена шенгенская виза и впоследствии право на проживание в стране.

Он выбрал Швецию по двум основным причинам. «Прежде всего, это безопасное место, где я могу наконец почувствовать себя защищенным как физически, так и психологически; место, где я могу начать жизнь сначала и завоевать уважение, обзавестить работой, семьей и детьми», — говорит он.

Вторая причина имеет отношение к той репутации, которой пользуется Швеция, —  государства, с особой щепетильностью относящегося к вопросам прав человека; для него это крайне важно.

Инклюзивное общество

Прожив в Швеции меньше года, Моуханад, конечно, пока еще не говорит бегло по-шведски, однако он регулярно посещает языковые курсы. Изучение языка помогло ему социализироваться, обзавестить друзьями среди местных жителей, и он чувствует, что уже неплохо интегрировался в шведское общество.

«Я говорю по-английски, поэтому мне было легче общаться с другими людьми — ведь здесь почти все знают английский», — замечает он.

Он старается смотреть на мир широко открытыми глазами и настраивает себя на позитивную волну: да, это его новая жизнь — и к ней надо поскорее адаптироваться; он доверяет своим шведским друзьям, которые объяснили ему, что здесь принято, а что нет, и научили разным повседневным мудростям.

«Для меня большая честь стать жителем Швеции — страны, где к людям относятся уважительно, вне зависимости от их вероисповедания, представлений о мире, цвете кожи, внешности или национальности», — говорит Моуханад.

«Это великое ощущение — обладать правами в силу того, что ты — человек».

С Моуханадом Шарабати беседовала Лола Акинмаде Окерстрём.

Читать

Вопросы интеграции

Население Швеции в 2014 году выросло более чем на 100 000 человек. Это было результатом рекордно высокого притока иммигрантов  (127 000) и естественного преобладания количества рождений над смертями. Однако более 50 000 человек за этот же период решили уехать из страны.

Беженцы из  горячих точек продолжают иммигрировать в Швецию. В 2014 году было зарегистрировано более 80 000 желающих получить убежище, среди которых выделялись три многочисленные группы: сирийцы, эритрейцы и лица без гражданства (апатриды). В 2014-м лишь Германия приняла больше нуждающихся в убежище, чем Швеция; за ними следовали Италия и Франция. Глава департамента СМИ шведской Миграционной службы Фредрик Бенгтссон заявляет: «2014 год стал вторым за всю историю по количеству обращений о предоставлении убежища;  пиковым остается 1992-й, когда более 84 000 человек,  большинство из них — беженцы из бывшей Югославии, — ходатайствовали  о предоставлении убежища в Швеции».

Это связано с тем, что Швеция предоставляет постоянный вид на жительство всем сирийцам, которые находятся на территории Швеции и просят об убежище. С того момента, как в Сирии разразилась война, примерно 70 000 сирийцев прибыли в Швецию.

В 2014 году каждый пятый иммигрант был уроженцем Сирии, а в 2015-м уже почти каждый четвертый; таким образом сирийцы стали самой крупной иммигрантской группой. Это изменение знаменует собой отход от обычной практики, когда большинство людей, приезжающих в Швецию, на самом деле были возвращающимися шведами.

Десять наиболее многочисленных национальностей среди соискателей убежища в Швеции в 2015

Все больше детей приезжают в Швецию без родителей. Примерно 9% соискателей убежища, учтенных в диаграмме, были так называемыми несовершеннолетними без сопровождения.

Интеграция — жаркие дискуссии

Каждый шестой представитель населения нынешней Швеции родился в другой стране. То, что происходит после иммиграции, остается предметом самых жарких дискуссий по всей стране. Эти дебаты демонстрируют, насколько сложными и противоречивыми могут оказаться вопросы, имеющие отношение к разнообразному составу населения, — от исследований, где выражено одобрение  интеграционной политики Швеции, до статей, демонстрирующих, насколько далеко еще предстоит пройти Швеции по пути интеграции.

Нарушения общественного порядка в некоторых стокгольмских пригородах в 2013 обнажили те общественные вызовы, которые связаны с интеграцией. Освещали эти беспорядки и многие международные медиа: некоторые — объективно представляя проблему, иные — существенно ее преувеличивая.

Одним из последних предметов обсуждения стали нищие, становящиеся привычным атрибутом шведских улиц. Многие из них приезжают из Румынии и Болгарии, и многие из них цыгане. Их присутствие ставит перед обществом вопросы: Почему они оказались здесь? Что может сделать Швеция? Работающий под эгидой Европейской Комиссии Фонд Европейской Помощи наиболее остро нуждающимся (FEAD) — одна из инициатив, направленных на то, чтобы помочь наиболее уязвимым людям — как в Швеции, так и в других странах, входящих в состав ЕС.

Согласно прогнозам шведской Миграционной Службы, количество обращений о предоставлении убежища сохранится на прежнем высоком уровне и в 2015, и 2016 годах. Социологическое исследование DN/Ipsos за март 2015 показывает: шесть из десяти шведов ощущают, что иммиграция в целом полезна для Швеции. В то же время шесть из десяти шведов испытывают чувство неудовлетворенности от тех результатов, которых удалось добиться в ходе интеграционных процессов.

Основной загвоздкой всех этих дебатов остается вопрос,  как наиболее эффективно интегрировать мигрантов из разных стран в шведское общество, как применить их рабочий потенциал, как обеспечить их возможностями и гарантировать им равные права.

Полезные ссылки

  • Узнайте больше о миграционной политике Швеции здесь (по-английски)
  • Узнайте больше о правилах предоставления убежища в Швеции здесь
  • Узнайте больше о работе в Швеции здесь

Моуханад Шарабати, современный беженец

Portrait of Mouhanad Sharabati.Моуханад Шарабати отказался присоединиться к силам сирийского режима в их войне против сирийского народа. В 2014 он бежал в Швецию. Фото: Алин Лесснер

Знакомьтесь: Моуханад Шарабати, 30-летний юрист из Сирии. Закончив в 2006 Дамаскский Юридический Университет, он занимался юридической практикой в Сирии и Ливане.

В 2011 он стал одним из основателей Syria Relief Network, группы работающих в гуманитарной сфере неправительственных организаций, которая оказывает поддержку перемещенным сирийцам (многие из них находятся в соседнем Ливане). Также она обеспечивает юридическую помощь сирийским беженцам и тем, кто нелегально пересекает ливанскую границу.

Еще он успел поработать в фонде Kayany, неправительственной организации со штаб-квартирой в Бейруте, задачей которой является удовлетворение потребностей и обеспечение прав детей сирийских беженцев в Ливане.

Жестокая ирония судьбы:  вот уже шесть месяцев Моуханад  вынужден жить в Швеции — сам угодив в разряд перемещенных сирийцев.

«Я не собирался добровольно уезжать из своей страны, меня вынудили покинуть родину, — говорит Моуханад. — Я был студентом выпускного курса, вот-вот собирался защищать диплом — и в этот момент оказалось, что мне придется уезжать из страны».

На тот момент перед ним стояла альтернатива: либо он уезжает из страны, либо остается — и оказывается перед необходимостью идти в армию и сражаться на стороне сил сирийского режима в войне против собственного народа. «Для меня это абсолютно неприемлемо, я и думать об этом не хотел. Так что мне пришлось уезжать», — говорит он.

Более безопасное место

Уехать из любимого Дамаска ради того, чтобы избежать угрожавшей ему опасности, было для Моуханада  решением не из легких. Он знал, что вряд ли сможет вернуться в Сирию, пока политическая ситуация не изменится.

«Несмотря на ужасное настроение и чувство вины за то, что я оставляю свою страну, когда я пытаюсь размышлять логически, мне представляется, что я принял правильное решение, —  говорит он. —  Я скучаю по всему: по дому, по семье, друзьям и былым временам, но я вынужден признать, что Сирия больше не является подходящим и безопасным местом, где я мог бы жить, работать и обзаводиться семьей».

Тысячи сирийцев бежали в Европу в поисках лучшей жизни — и среди них много близких друзей Моуханада. «Друзья, которые добрались до Швеции раньше меня, рассказывали мне о добром обращении и о том, что там уважительно относятся к правам человека», — говорит он.

Возможность Моуханада жить в безопасности и в более комфортных условиях реализовалась, когда в 2014 ему была предоставлена шенгенская виза и впоследствии право на проживание в стране.

Он выбрал Швецию по двум основным причинам. «Прежде всего, это безопасное место, где я могу наконец почувствовать себя защищенным как физически, так и психологически; место, где я могу начать жизнь сначала и завоевать уважение, обзавестить работой, семьей и детьми», — говорит он.

Вторая причина имеет отношение к той репутации, которой пользуется Швеция, —  государства, с особой щепетильностью относящегося к вопросам прав человека; для него это крайне важно.

Инклюзивное общество

Прожив в Швеции меньше года, Моуханад, конечно, пока еще не говорит бегло по-шведски, однако он регулярно посещает языковые курсы. Изучение языка помогло ему социализироваться, обзавестить друзьями среди местных жителей, и он чувствует, что уже неплохо интегрировался в шведское общество.

«Я говорю по-английски, поэтому мне было легче общаться с другими людьми — ведь здесь почти все знают английский», — замечает он.

Он старается смотреть на мир широко открытыми глазами и настраивает себя на позитивную волну: да, это его новая жизнь — и к ней надо поскорее адаптироваться; он доверяет своим шведским друзьям, которые объяснили ему, что здесь принято, а что нет, и научили разным повседневным мудростям.

«Для меня большая честь стать жителем Швеции — страны, где к людям относятся уважительно, вне зависимости от их вероисповедания, представлений о мире, цвете кожи, внешности или национальности», — говорит Моуханад.

«Это великое ощущение — обладать правами в силу того, что ты — человек».

С Моуханадом Шарабати беседовала Лола Акинмаде Окерстрём.

Обновлено: 24/03/2015