Ингмар Бергман: краткий гид

Великий режиссер, по мнению многих – далеко не только шведов – главный гений кинематографа ХХ века: к такому подступиться нелегко. Бергман разнообразен, парадоксален, противоречив. Специально для sweden.ru о Мастере и его наследии рассказывает главный редактор журнала «Искусство кино», критик Антон Долин.

Читать

Фото: Бенгт Ванселиус/The Ingmar Bergman Foundation

Ингмар Бергман: краткий гид

Великий режиссер, по мнению многих – далеко не только шведов – главный гений кинематографа ХХ века: к такому подступиться нелегко. Бергман разнообразен, парадоксален, противоречив. Специально для sweden.ru о Мастере и его наследии рассказывает главный редактор журнала «Искусство кино», критик Антон Долин.

Карьера Бергмана занимает больше полувека, на его счету – около полусотни фильмов, добрая половина которых считается шедеврами (с этой оценкой режиссер регулярно спорил, у него среди собственных картин были свои фавориты). Это не считая десятков прогремевших театральных постановок. Что нужно знать о Бергмане прежде, чем начинать знакомиться с его работами?

Сын пастора и медсестры, Бергман с детства не только смотрел фильмы, но и сам пытался их делать. Изучал литературу и историю искусств, потом бросил их ради театра, а уже после этого всерьез увлекся кино. Бергман говорил, что театр – его жена, а кино – любовница. Сначала писал сценарии для других, потом ставил фильмы по чужим сценариям, пока не взял на себя ответственность и за драматургию, и за режиссуру.

Бергман-кинематографист не принадлежит ни к одной школе, движению, направлению. Одни его фильмы сюрреалистичны, другие правдоподобны до натурализма. Современность соседствует в них с архаикой, а точный психологизм – с абстрактными фантазиями. В них есть место для юмора, волшебства, гротеска, сатиры, политики, поэзии и музыки. Бергман снимал кино о детстве и смерти, чувственности и аскезе, социуме и одиночестве. Всегда был узнаваемым и всегда – разным.

1940-е

В это десятилетие молодой Бергман успевает дебютировать как режиссер на сцене Студенческого театра, устроиться на киностудию редактором, возглавить театр Хельсингборга, дважды жениться и один раз развестись. Его замечает патриарх шведского кинематографа Виктор Шёстрём, рекомендующий молодого сценариста Бергмана перспективному режиссеру Альфу Шёбергу: «Травля» выходит в 1944-м и, заслужив позитивные отзывы критики, участвует в конкурсе Венецианского фестиваля. А два года спустя Бергман снимает свой первый фильм – «Кризис». В этом десятилетии у него выходит семь картин. Одни принимают почти восторженно, другие – разочарованно, но о Бергмане повсюду говорят. Узнают о нем и за пределами Швеции. Знаменитый Густав Муландер снимает еще два фильма по его оригинальным сценариям – «Женщина без лица» и «Ева».

Сегодня ранние фильмы Бергмана кажутся наивными, простодушными попытками жанрового кино – как правило, поэтической мелодрамы. Сам режиссер любит отзываться об этом периоде пренебрежительно, ограничиваясь рассказом о смешных случаях во время съемок. Тем не менее, уже тогда он обнаруживает склонность к поиску «своих» актеров. Первым из них становится Биргер Мальмстен, игравший также в «Еве» Муландера. К работе с ним режиссер возвращался и в 1950-х, и в 1960-х, и в 1970-х, но его любимцем и своеобразным альтер эго этот статный красавец был только в том первом, романтическом десятилетии карьеры Бергмана.

Ключевой фильм – «Тюрьма» (1949)

Именно здесь Бергман впервые решается настоять на своем, поставив откровенно некоммерческую авторскую картину по сценарию собственного сочинения. Продюсеры остались недовольны, сам автор был от себя в восторге и позже называл «Тюрьму» в числе самых дорогих ему фильмов. В центре запутанного сюжета – проект съемок фильма по сомнительному сценарию, безумие, соблазн и Сатана, правящий миром. Одна из важнейших сцен – сон; позже Бергман скажет, что по умению снимать сны можно определять талант режиссера.

Также смотреть: «Дождь над нашей любовью», «Музыка в темноте».

1950-е

Бергман превращается в международную звезду и больше не прислушивается к продюсерам. Считается, что в «Летней интерлюдии» (1951) он впервые полностью освобождается от влияний и начинает снимать совершенно самобытное кино. А еще вступает в самый плодотворный свой период: тринадцать фильмов за десять лет. Причем иногда два шедевра сняты в течении одного года – так, «Седьмая печать» и «Земляничная поляна» выходят в 1957-м. Чистый и аскетичный стиль оператора Гуннара Фишера определяет визуальную стилистику, а вот с жанрами Бергман экспериментирует вовсю. В «Вечере шутов» и «Лице» режиссер эксплуатирует приемы площадного театра, в «Уроке любви» и «Улыбках летней ночи» обнаруживает неожиданный для многих дар комедиографа, в «Лете с Моникой» находит путь к сердцу массового зрителя, при этом не идя на компромиссы, как он это делал раньше. Эта картина моментально превратила молодую Харриет Андерссон в своеобразный секс-символ (в фильме была революционная по тем временам обнаженная сцена).

Бергман женится еще два раза, между двумя браками успеет пережить бурный роман с Андерссон. С ней после этого он сохранит прекрасные отношения, а она сыграет еще в восьми его фильмах. Также Бергман возглавляет Муниципальный театр в Мальмё, где знакомится с актером, ставшим для него центральным на протяжении всего первого периода творчества – Максом фон Сюдовым. Но лучшую роль в этом десятилетии у него сыграет другой артист – 78-летний классик шведского кино и его учитель Виктор Шёстрём, которого Бергман уговорил сыграть пожилого профессора в «Земляничной поляне».

Ключевой фильм – «Седьмая печать» (1957)

Полнометражная баллада о рыцаре, отважившемся сыграть в шахматы со Смертью: этот мотив был навеян фреской Альбертуса Пиктора в церкви Тэбю. Макс фон Сюдов сыграл бестрепетного крестоносца, Гуннар Бьёрнстранд (еще один любимец Бергмана) – его фривольного оруженосца, также в картине заняты Биби Андерcсон и Гуннель Линдблум. Компания путешественников с рыцарем во главе проезжает по Европе, охваченной чумой и ожиданием апокалипсиса, а Смерть преследует их по пятам. Бергман не раз говорил о том, как привязан к этой картине, при этом охотно признавая ее техническое несовершенство: он сам любил рассказывать о заметных в кадре окнах многоэтажек за лесом, в котором по сюжету фильма собираются сжечь ведьму. Финальный кадр с Пляской Смерти на горизонте вошел во все хрестоматии.

Также смотреть: «Лето с Моникой», «Вечер шутов», «Земляничная поляна», «Улыбки летней ночи».

1960-е

Здесь начинается зрелый Бергман. К этому десятилетию относятся самые знаменитые его картины – и некоторые громкие неудачи тоже. Режиссер отныне постоянно сотрудничает со Свеном Нюквистом, одним из величайших операторов современности, чей минималистский стиль привлекал лучших режиссеров мира – от Вуди Аллена до Андрея Тарковского. Определяется и состав актеров, постоянной «труппы» Бергмана. Кроме фон Сюдова, Харриет и Биби Андерссон и Гуннара Бьёрнстранда в нее входят Ингрид Тулин, Эрланд Юзефсон и Лив Ульман. Впрочем, Юзефсон был ближайшим другом Бергмана с его юности (но главные роли в его фильмах начал играть только с 1960-х). А норвежка Ульман стала его гражданской женой и родила ему дочь. Да, Бергман разводится в очередной раз.

В это десятилетие Бергман становится художественным руководителем Драматена, Королевского Драматического Театра Стокгольма, с которым связана немалая часть его жизни, и ставит там множество спектаклей. А также находит для себя остров Форё, где снимает «Сквозь тусклое стекло», «Персону» и «Стыд». Позже он поселится на этом острове, построит там личный кинотеатр. Там же Бергман умрет и будет похоронен.

Фильмы этого периода демонстрируют удивительную творческую свободу. Бергман предлагает несравнимо более мрачную и менее романтическую версию Средневековья, чем в «Седьмой печати», в «Девичьем источнике», картине об изнасиловании и мести. За нее он получает свой первый «Оскар». В «Причастии» Бергман делает героем пастора, утратившего веру (и таким образом атакует собственного отца). В «Молчании» и «Часе волка» свободно смешивает реальность и галлюцинации. В «Страсти» и «Ритуале» исследует взаимосвязь сексуальности и социума. В антиутопическом «Стыде» затрагивает другую табуированную тему – ответственность интеллектуала за общественные катаклизмы.

Ключевой фильм – «Персона» (1966)

Бергман называет этот фильм лучшим в своем творчестве. Головокружительный и необъяснимый сновидческий пролог никак, казалось бы, не связан с прозрачным и обманчиво простым основным действием. В нем всего две героини: актриса, внезапно замолчавшая посреди спектакля и отправленная лечиться на далекий остров (Лив Ульман), и ее сиделка (Биби Андерссон). В знаменитом кадре два лица соединяются в одно. Здесь Бергман дает выход своим многолетним фобиям и маниям, задаваясь вопросом о том, в чем индивидуальность человека, что отличает его от остальных.

Также смотреть: «Девичий источник», «Причастие», «Сквозь тусклое стекло», «Молчание», «Стыд».

1970-е

Кризисное десятилетие в жизни Бергмана. Он снимает свой первый англоязычный фильм «Прикосновение», который считал и самым неудачным в карьере. Расстается с Лив Ульман (продолжая ее снимать). Уходит из жизни отец режиссера. Налоговый скандал в 1976-м вынуждает Бергмана покинуть Швецию, куда он вернется только после личных извинений премьер-министра Улофа Пальме. Попытка закрепиться в Мюнхене тоже закончится неудачей – во всяком случае, тамошними театральными постановками режиссер остался недоволен. Единственная попытка сотрудничать с Голливудом, фильм «Змеиное яйцо», обернется финансовым провалом.

Вместе с тем, именно в 1970-х Бергман снимает картину, которую считал, наряду с «Персоной», своей главной удачей – «Шепоты и крики». Начинает весьма плодотворно сотрудничать с телевидением, результатом чего становятся «Сцены из супружеской жизни». Наконец, осуществляет давнюю мечту и превращает в фильм моцартовскую «Волшебную флейту». Наконец, именно в 1970-х Бергман влюбляется в Ингрид фон Розен, на которой женится: с ней он не разведется, они счастливо проживут вместе еще четверть века.

В этом же десятилетии Бергман впервые работает с другой Ингрид Бергман – прославленной голливудской дивой шведского происхождения: она играет главную роль в его «Осенней сонате». Один из своих самых знаменитых фильмов сам режиссер не любил. Он говорил: «Это мой «фильм Бергмана», намекая на самоповторы и клише.

Ключевой фильм: «Шепоты и крики» (1972)

Радикальная картина немыслимой красоты, получившая технический приз в Каннах и «Оскара» за операторскую работу Свена Нюквиста. По-чеховски горькая и элегическая история одной смерти, где сыграли лучшие актеры Бергмана: Харриет Андерссон, Лив Ульман, Ингрид Тулин и Эрланд Юзефсон. Этой теме Бергман посвящал фильмы в разные периоды, от «Земляничной поляны» до снятого уже в 1990-х телефильма «В присутствии клоуна», но никогда в них не было так много поэзии и жестокости, как здесь.

Также смотреть: «Сцены из супружеской жизни», «Волшебная флейта», «Осенняя соната».

1980-е и далее

После бескомпромиссной драмы «Из жизни марионеток», снятой в Мюнхене, Бергман все-таки возвращается на родину. В 1982-м появляется на свет «Фанни и Александр», фильм в двух версиях – телевизионной и сокращенной кинотеатральной. Это итог всей карьеры режиссера, его magnum opus. Фильм встречает невероятный даже для Бергмана успех – в том числе, четыре «Оскара» и «Золотой глобус». Сам автор заявляет, что после этого покидает кино. Правда, он снимет еще несколько картин, но только для телевидения.

Среди них – короткометражное «Лицо Карин», монтаж из фотографий матери режиссера, отчасти автобиографический «После репетиции», две картины о безумии и смерти – «Благословенные» и «В присутствии клоуна», а также неожиданный сиквел «Сцен из супружеской жизни» — «Сарабанда». Это последний и единственный фильм, сделанный Бергманом в XXI веке.

Также в 1986-м году выйдет в свет лучшая из книг Бергмана, рассказывающая о его судьбе, карьере и любви к кино «Латерна Магика» — идеальный комментарий к его творчеству.

Ключевой фильм – «Фанни и Александр» (1982)

Монументальный святочный рассказ о брате и сестре, чей отец, директор театра, умер, а мать вышла замуж за пастора с садистскими наклонностями. Картина в большой степени основана на детских воспоминаниях режиссера, а Александр – его автопортрет. В этой одновременно масштабной и интимной фреске чудесное соединяется с будничным, а бог является мальчику ночью в форме гигантской марионетки. Просмотром этой картины было бы правильным закончить знакомство с Ингмаром Бергманом. Впрочем, с нее же можно и начинать.

Обновлено: 28/07/2017