Человечная Швеция Светланы Алексиевич

Лауреат Нобелевской премии по литературе, писательница Светлана Алексиевич не один год жила в Швеции. Сегодня она почти не дает интервью: воспоминания о Швеции для sweden.ru – редкое и счастливое исключение.

Читать

Фото: Вильхельм Стокстад/TT

Человечная Швеция Светланы Алексиевич

Лауреат Нобелевской премии по литературе, писательница Светлана Алексиевич не один год жила в Швеции. Сегодня она почти не дает интервью: воспоминания о Швеции для sweden.ru – редкое и счастливое исключение.

Я работаю – давно – над книгой о любви и книгой о старости. Что такое старость? У нашего поколения еще 20-30 лет впереди. Жизнь, которую ты проживаешь для себя. Но сегодня, особенно в нашей стране, нет философии старости.

Хочу вспомнить в связи с этим, как была в Швеции у моей переводчицы Кайсы Эберг. Мы поехали к ее маме. Мама сделала пирог, все окна помыла, приготовилась к нашему приезду, накрыла стол. Я спрашиваю, сколько же маме лет. Оказывается, девяносто четыре! У нее огромный красивый дом. И эта женщина сдает часть дома студентам – только для того, чтобы раз в неделю они все вместе собирались и могли поговорить. Ей это очень интересно, она живет этим. Более того, один из студентов, сам из Лондона, повез ее в Англию – показать скульптуру любимого ее скульптора, которую она еще не видела. Вот представьте, какие у людей ценности? Как совершенно иначе устроена жизнь?

Ведь очень важно понимать, что ты свою жизнь проживаешь для себя.

Возраст, когда люди выходят на пенсию, в Европе выше, чем у нас. Но не только в возрасте различия – в системе.
В Швеции люди, заканчивая университет, знают, что у них может и не оказаться работы. У моей подруги сын художник. Надо зарабатывать. Он стал искать, нашел объявление – требуется библиотекарь. Оказалось, таких как он, претендующих на это место – сорок один человек. Можете представить? Да, и тогда помогают пособия. Социальное государство – это очень важно. Оно помогает жить. Социал-демократия очень многое сделала для человека.

У нас же совсем другое. Наша память, даже память моего поколения – тоталитарная и трагическая, у нас нет иной. Вся наша история — это история исчезновения человека. Этот такой особый тип “хомо советикус”, он не ушел. Он стал немножко другой. Но остались мощные родовые пятна. Сейчас последний бой, который дается. Потом придет другое идеологическое поколение и наверняка все будет по-другому.

Поэтому важно понять тот опыт, который уже есть в мире. Я долго жила в Европе, в разных странах, и с каждой связаны особые воспоминания, особое отношение к культуре. Швеция, на мой взгляд, страна, которая, пожалуй, наилучшим образом устроена для жизни человека; где культура помогает понять, что, собственно, происходит с человеком. Ведь подскажет правильный путь и спасет мир только гуманитарный человек…

Обновлено: 19/04/2017